Комментарий
9129 28 апреля 2020 13:19

Россияне переходят на мобилизационную модель потребления

Дмитрий Потапенко бизнесменДмитрий Потапенко

Дмитрий Потапенко
бизнесменДмитрий Потапенко
Средний класс может скатиться в бедность из-за экономического кризиса, связанного с Covid-2019. Об этом сообщил ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов в интервью РБК.

«Скорее всего, доходы будут падать у всех слоев общества, но, если обедневшие богатые все равно останутся богатыми людьми, а бедные так и будут бедными, то для среднего класса, принимающего сейчас основной удар на себя, есть серьезные риски скатывания в бедность», — сказал Кузьминов. Он заявил, что такая тенденция затронет прежде всего экономики услуг, в том числе интеллектуальных, и экономики впечатлений, которая связана с развитием креативных проектов.

Корреспондент «Актуальных комментариев» поговорил с бизнесменом Дмитрием Потапенко о среднем классе в России.

— Можно ли вообще говорить, что в РФ есть средний класс?

— Давайте начнем с базового. Я считаю, что и ранее средним классом можно было считать чиновников. Причина очень проста, потому что, когда идет оценка так называемого среднего класса, к сожалению, почему-то употребляется только имущественный комплекс: доходы, возможность куда-либо поехать и т.д. Это категорически неверно. Потому что средний класс определяется в том числе и возможностью влиять на «судьбу родины». Даже если вы являетесь предпринимателем и у вас есть какой-то доход, но в 90% случае вы лежите под администрацией, потому что у вас нет шансов, так как государство продает вам кучу ненужных бумажек под названием «разрешение» и все остальное, то есть вы полностью зависимы, то называть даже тех, кто имеет высокий доход, средним классом — бессмысленно. Поэтому скатывание среднего класса у нас происходит, но просто происходит оно в структурных изменениях.

— Если средний класс «скатится в бедность», то что будет с самими бедными?

— Мы перешли на мобилизационную модель экономики и мобилизационную модель потребления. То есть это такая послевоенная история, когда война произошла сразу на всех территориях единовременно. То, что сейчас происходит, я называю первой цифровой войной, потому что, если вы внимательно посмотрите на существование всех царств-государств, как только возникали внутренние противоречия, то всегда объявлялся как-то крестовый поход, то есть внешние войны. Просто мы почему-то привыкли, что война — это обязательно применение военной силы. Нет, это не так. У нас сейчас по факту есть поражение граждан в правах, что происходит при войне. Напомню, что одним из обвинений в Нюрнберге было присвоение вместо имен гражданам кодов, что у нас тоже есть. И у нас есть реальные жертвы. Мы сейчас находимся в войне, просто здесь нет внешнего агрессора. Агрессор здесь система того, что мы ошибочно всегда называли государством. Все достаточно просто. Мы находимся в мобилизационной модели потребления, поэтому в нищете. Вот и все. Так и должно быть.

© 2008 - 2022 Фонд «Центр политической конъюнктуры»
Сетевое издание «Актуальные комментарии». Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-58941 от 5 августа 2014 года, Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-82371 от 03 декабря 2021 года. Издается с сентября 2008 года. Информация об использовании материалов доступна в разделе "Об издании".